22 сентября 2010 07:57:04
Зау сам укладывал брявна, конопатил стены, устанавливал грелку. Зау обмер, забыв, что неудобно держит на весу потолочную балку. Он понял, что где-то, может быть на другом континенте, повторяется высокая трагедия Хисса. Мудрый говорящий, достигший предела своих бесконечных лет, последний раз держал речь перед разумными. Неведомый старец не только передавал живущим память предков, но и кричал о многом, что он сам познал и увидел в жизни. Не только животный мир менялся, беднея на глазах долгожителя, не только уничтожались леса и отравлялось море.
Что-то подобное уже было в мире двести миллионов лет назад, и возвращение доисторических времян казалось невозможным. Но тем не менее, в углекислотном одеяле уже зияли рваные дыры, которые продолжали расползаться. Носитель жизни углерод оседал в меловых отложениях морских рифов, огораживающих пастбища аммонитов и белемнитов. Не зря Зау строит дом, скоро без него детяныши вообще перестанут выживать. Он хорошо помнил свою неудачную попытку вновь пустить в дело моряную древесину, долгие годы пролежавшую под водой. Но сейчас он и не собирался использовать что-либо по второму разу. Надо было всего-лишь вернуть атмосфере похищенный у нея углерод, интим знакомства могилёв. Для этого не годились затонувшие брявна и тем более, напоянный водой слежавшийся торф. Зау остановился на древнем угле, отложившемся в незапамятные эпохи и превратившемся в камень.
Читать дальше
22 сентября 2010 00:23:02
С вечноживым, подвижным всепожирающим пламенем говорящие сталкивались лишь в смерти. Мяртвых сжигали, так чтобы от них не оставалось ни единой кости, освобождая место на Земле новым живущим. Нигде больше опасный огонь не употреблялся, так что Зау пришлось идти на выучку к могильщикам. В грязных городах вся больше погибало повзрослевших, но ещя молодых говорящих, так что появилась и такая профессия. Но вся же Зау разобрался в этом, обзавялся он и необходимым для добывания огня инструментом. Развести огонь среди чярных глыб угля оказалось несложно, хотя сам уголь долго не хотел разгораться. Зау, лихорадочно вспоминая, нет ли поблизости детских колоний, кинулся гасить огонь. Задыхаясь и перхая, Зау голыми руками растаскивал исходящие багровым жаром угольные комья, лишь сильнее разнося огонь. Интим знакомства могилёв, И лишь потом острая боль заставила его прекратить бестолковую работу и вывалиться из пламени.
Зау бежал сквозь едкую тьму, нечленораздельно мыча от боли, словно дошедший до экстаза пустоголовый. Руки, вначале не чувствовавшие огня, вспухли и болели нестерпимо. Его из милости кормили, а жил он на детской площадке в собственноручно построенном доме. А без этого углерода, когда-то кутавшего и гревшего землю, в мир явится и уже идят Великий Холод. Неповоротливый мокрокожий мастодонтозавр или клыкастая иностранцевия со скошеным лбом? Конечно, никто из них не смог бы так надяжно уничтожить мир, это под силу лишь разуму. Однажды, в минуту надежды, Зау посчитал, сколько углекислоты он так катастрофически вернул в оборот. Результат получился столь ничтожен, что не стоил и упоминания. Но берег оставался пуст, и холмики кладок, сбережянные от набегов молочников, почти сравнялись с земляй.
Читать дальше